Рано или поздно в теле экономики начинают лопаться необеспеченные пузыри с последующим в этом теле обрыванием и остановкой сформировавшихся экономических отношений; начинается снижение производства. Нависшие кризисные деньги в поисках спасения и приумножения могут пойти (быть направлены, в том числе политически) в нескольких направлениях. В этот момент, как сложилось исторически, политика начинает играть первую роль; и прежде всего, опять же исторически, политика – не самая честная и не в интересах простых людей (если дело не подходит к революции, в манипулировании которой тоже выработался исторический опыт). Итак, в упреждение революции капитал в своё время стал направляться на трудо-ёмкое и новаци-ёмкое производство оружия, которое политики заканчивали войной, обретая после разрухи (или за счет чужой разру-хи) новый подъем экономики. Так было до последнего времени, до времени глобализации рынков и ресурсного освоения почти всей планеты…

«Лишние деньги» заключительной фазы цикла могут пойти и на большие, затратные проекты, развивающие рынки (инфра-структуру и освоение новых ресурсов); так было, например, в депрессию 30-х годов. Кроме того деньги могут пойти и на крупные исследовательские, инновационные и сохраняющие природу проекты; но государство так пока не координировало бизнес. Пока капиталистические кризисы (К-циклы) при переформатировании системы последовательно порождали революции и войны…

На первых порах эти кризисы воспринимались, как кризисы перепроизводства, когда из-за неравномерного распределения общественного дохода спрос уменьшался и образовывались излишки мощностей, товаров и денег (готовых инвестироваться, то есть капита-ла). На этом этапе развития циклов капитализма (К-циклов) были заметны, прежде всего, излишки товаров; финансовая сфера ещё не стала спекулятивной, то есть оторванной от товарной сферы. За классической фазой капитализма очень быстро последовал вывоз капита-ла и создание транснациональных корпораций; но территории для экспансии и потребитель (спрос) очень быстро исчерпались. Стали возникать новые кризисы, которые по аналогии с «кризисами перепроизводства» в рамках прежде национальных экономик теперь можно было бы назвать «кризисами рынков». Но это был один и тот же воспроизводившийся циклически кризис – кризис дисбаланса товарной и финансовой сфер. Он просто мимикрировал в разные формы и названия, исходя из степени распространения капитализма по планете и специфики предыдущего этапа освоения рынков. Эта специфика основывалась на эволюции понимания (в том числе на победе определенных интересов) отношений и регулирования товарной и финансовой сфер, а также потребления-спроса. Двигателем же кризисов было одно – безоглядная, тупая, беззаветная максимизация прибыли, максимизация оборота капитала.

Оптимизация присутствует в целостных, неразрушенных системах. Отдельная максимизация в сложных, взаимосвязанных системах есть сигнал разрушения целостности. На это можно идти ради чего-то (например, в экстремальных обстоятельствах), но надо давать отчет в последствиях. Максимизация чего-то, как основа системы, как системный мотив – это признак разрушенной целостности.
 «Оптимизация» имеет над собой смысл, имеет цель. «Максимизация» – ничего, кроме себя не имеет; она – самоцель… Эти тактики – квинтэссенция своих парадигм, они – выражение разума и хаоса, созидания и разрушения. «Максимизация» и «оптимизация» … ; это не значит, что вторые, альтернативные существующим, парадигма и стратегия – проигрышные. Первые приводят к кризисам, а в конечном то итоге – к самоуничтожению.

У этих кризисов были свои «спусковые причины». Механизмы, снимающие эти причины, могли бы эволюционно формировать адекватную систему управления. Но интерес капитала – интерес максимизации прибыли – всегда брал своё. Экономика рассматривалась власть предержащими только с этого бока; и это было просто привычным продолжением исторической традиции общности власти и прибыли. Вообще вся сложившаяся до сих пор история диктовалась примитивными интересами господства и прибыли.
В этом отношении интересна эволюция необеспеченности (спекулятивности, оборота ради себя, «вокруг себя»). Система оборота необеспеченных бумаг, как платежных средств, была опробована ещё в средние века (подробно о долговых расписках и последующем было написано ранее) как раз перед началом капитализма, когда капитал требовал «свободы действий». Результатом этого явилось создание западной банковской системы, как она есть сейчас. Там же и корни нынешнего кризиса.

(Из книги С. Алфёрова "Путь Мира")